nuclear

96. Сибирь. Транссиб. Великий шелковый путь.

Не обманул ли я доверившихся?
Вспоминаю, что рассказал вчера на Березине молодым людям. Нет. Я не обманул. Но они могли что-то не так понять.
Речь шла про поезд по Сибири. Транссиб. Москва-Пекин.
Он идет долго. Раньше еще дольше. Во студенчестве я ездил поездами по Сибири.
Там все было классно. Диковато, но я вспоминаю хорошо.
Вообразите себе. Где-то октябрь. Сибирь. Примерно Тайшет-Тайга (это станции такие). Примерно 1985.
Мчится поезд. Проводники собрались в одном изх в купе в одном вагоне и пьют и даже не выходят принять билеты на станциях.
Это не значит, что поезд без контроля. Они проверили: кто освободился из зон сидят в другом вагоне - игра, карты. Бандиты в других вагонах ждут Москвы. Можно спокойно собраться.
В вагонах иногда выбиты окна. Двери открываются, чтобы на остановках не трогать проводников.
Сибирь. Круто.
Я любил уйти последний тамбур и открыть дверь назад. И сесть свесив ноги. Смотреть на уходящие шпалы. Как в одном мультфильме. Думать о вечном.
К этому тамбуру в конце концов подтягивались молодые люди типа меня. Мне было тогда 19 или 20.
И слово за слово. Начинали пить. Водка была всегда.
На какой-то фазе начинались подвиги.
Помню, мы любили высунуться наружу из боковой двери и дышать сильным ветром.
На степени сильного опьянения начинали лазить по тамбуру из-вне.
Максимумом было выйти из боковой двери вверх, пролезть по крыше, потом под вагоном и вернуться в эту же дверь снизу. Или наоборот. Сначала под вагоном, потом поверху и вернуться в дверь сверху.
Я сам весь круг не проходил. Проверял как дует ветер, за что уцепиться внизу. Под вагоном и над колесами. Но сам весь круг не проходил. Готовился.
А собутыльники мои ходили полностью. Из них двое, кажется, были татарами.
Вот с того времени у меня крайняя симпатия к татарам.
Исключительная.
Абсолютно бесстрашные люди.
Нет, в основном в тамбуре были русские. Но в памяти остался дурной подвиг татар.
Я не стыжусь, что я сам весь круг не прошел. Я проверил на скорости и под вагоном приспособления. Я просто не сделал акта, чтобы сейчас хвастаться.
Но, мне кажется. если бы я прошел тот круг, как мы спьяну баловались, я бы потерял основное.
Я бы рассказывал как это было круто и забыл бы о своих минутных друзьях, Говорил бы о себе и в частности забыл бы о бесстрашии татар.
А татарские два парня были действительно бесстрашны.
nuclear

95. Судьба монгольских воинов, лично вырезавших покоренные города



Вернулся к С.Нефедову. Книга по Истории Востока. Перечитал о завоевании монголами Ирана.
Интересно, какова была судьба воинов и военначальников. которые устроили ту резню, что была при монгольском завоевании центральной Азии и Ирана.
Русь такой резни не знала. Разреженное население. Леса. Краткосрочная военная компания. Не очень большие города.
В Азии речь шла о  громадном количестве вырезанных у стен больших городов.
Города выполнили роль ловушек. Население многолюдных окрестностей имело время спрятаться за стенами. Да и больше-то прятаться было часто негде. Не заснеженные леса Руси.
Там громадные цифры.
Сдавшихся горожан выводили за стены и после отсева нужных ремесленников и т.п. групп, оставшееся большинство механистично вырезалось. Распределяли группами по воинам и те их резали холодным оружием.
Воин-палач - для войн не часто. Обычно палач плохо воюет.
То есть тут была какая-то идея, позволявшая быть и палачом огромного масштаба и воином.
При этом как минимум часть воинов монголов были христианами-несторианами. Инженерный корпус - во многом китайцы или китаизированные народы. То есть часто буддисты. В любом случае, носители идеологий, которые подобные массовые убийства своими руками осуждали.
Как монголы справлялись с последствиями влияния на психику своих воинов столь массовых убийств?
У С. Нефедова есть упоминание, что масса воинов от войн ничего особо не получила. Их после войны в основном разместили в степях жить привычным укладом и давали нерегулярные выплаты. Да. Это была монгольская практика, чтобы сохранить боеспособность своей армии как можно дольше. Чтобы армия не разложилась в завоеванных городах и странах.
Но что за культура была там в этих степных анклавах, где разместились монголы после завоевания? Как осмысливалась память про эти беспрецедентно массовые даже для той эпохи убийства там?
Убийства оправдывались ради нового миропорядка не способных к нему носителей другого сознания?
Но эти же монголы очень быстро были подвержены успешной проповеди мусульманами и православной церковью. Как в этой проповеди осмысливался опыт каждым воином столь массовой резни?
С другой стороны, монголы массово вовлекали в свои войска покоренные народы. Ставили под командование своих офицеров и те были мало отличимы от самих монголов в бою и такой резне. Что было с этими иностранцами по итогам завоеваний? Они явно не попадали в степные анклавы для победивших монголов. как осмысливали эти христиане и мусульмане свое участие в столь массовых механистичных убийствах после войны?
Может, монголы выделяли особые части для резни? Тогда из кого состояли эти части и какова их судьба?
Почему мы не имеем фольклора о массовых убийствах в от тюрок или русских или аланов? Или святых, отказавшихся убивать?
Может, части с таким опытом в основном погибли потом в боях?
nuclear

94. История с отцом Сергием - симптом ожиданий глубинной России от власти



В Москве недооценивают не вписывающиеся в мировосприятие либерального мегаполиса явления российской провинции. Это в истории России традиционно.
Потом бывает сложно: Разин, Пугачев, большевики, массовое предательство времен 2МВ, воровская преступность, бандиты 90х, кавказцы 90х, Майдан, ЛДНР...
Я бы к ситуации со отцом Сергием отнесся внимательно.
1. Стягивание населения в несколько мегаполисов закрепило возврат в 90х к очень архаичному обществу на громадных пространствах вне крупных городов.
Мегаполисы недостаточно влияют на него.
АУЕ, прорыв воровской преступности к влиянию на воинскую часть с ядерным оружием на Дальнем Востоке, усиление казачества в южной России, отец Сергий - проявления этого общества. Можем назвать его глубинной Россией.
2. Россия к тому же атакована с юга радикальными формами ислама. Им невозможно противостоять только силами правоохранительных ведомств. В зонах, малых городах, отдаленных регионах - везде, где человек соприкасается с человеком напрямую, это явление может быть остановлено только более мощным по силе человеческим потенциалом.
Русское общество вне крупных мегаполисов производит это сопротивление. Отец Сергий - вписан в эту внутреннюю русскую внегосударственную машину производства силы, противостоящей инфильтрации исламского радикализма в российскую глубинку.
Растворить этот массив духовного сопротивления через общество потребления или репрессии - открыть путь в малоконтролируемые регионы, малые города, зоны и т.д. очень опасному врагу. Результатом минимально будет - терроризм в мегаполисах.
3. Глубинная Россия ждет следующей фазы преодоления наследия 90х. Это формулируется по-разному - большая чистка, Великая Россия, Путин - президент навсегда. Косноязычная проповедь отца Сергия - лишь одна из них.
4. В заявлениях отца Сергия последних дней виден профессиональный почерк. В принципе, это хорошо. Значит, ситуация не пущена на самотек. Она - в контексте большой российской политики.
5. COVID-диссиденство и страх цифрового концлагеря - это тоже не игры хипстеров. Это - недовольство общества излишним разрывом между классами и угрозой повторения внешнего управления, которое было над Россией в 90х.
После внесения поправок в Конституцию власть в России получила новые возможности. Или власть учтет ожидания общества или будет нехорошо.
История с отцом с Сергием - это просто серьезный симптом...


К этому:
nuclear

93. День независимости Беларуси и европейская интеграция



Есть у меня на тему нынешнего праздника необычная история.
Конец 90х. Дублин. Много-много бесед о границах европейской интеграции в 90х.  Я там оказался с финансированием от Брюсселя. Была одна программа в основном с французскими Институтами политических наук. Это аналоги Академии управления нашей или Российской.
На мне было разработать и написать книгу по социально-экономическим аспектам европейской интеграции (разработал и написал: "Европейская интеграция. Введение в проблему").
Работал на базе Тринити колледжа в Дублине. Департамент назывался, если память не изменяет, международных отношений.
И вот бесконечные беседы: есть ли у ЕС естественные границы. Тогда у них был романтичный период. Брюссель добился от восточных европейцев индивидуальных программ по подготовке к членству в ЕС. В рамках такой программы Литва, например, отказалась от Игналинской АЭС.
Разумеется, всплывал вопрос о России и Беларуси с Украиной. Могут ли они стать членами ЕС или хотя бы частью европейской интеграции.
Десятки часов обсуждений с самыми разными людьми из самых разных стран в самых разных форматах.
По Беларуси я объяснял, что тут граница продвижения ЕС на восток. Что у каждого явления есть естественная граница. Для ЕС она - тут.
Это звучало революционно, провокационно, дерзко, ломающе шаблоны.
Им было очень тяжело понять, что очарование европейских ценностей и выгод европейской  интеграции не может быть подавляющим.
Им было очень тяжело понять, что надо ставить вопрос не о членстве в ЕС, а о  реальном партнерстве ЕС с России и  союзом стран вокруг нее.
Вот этот сегодняшний белорусский праздник ломал их шаблон особенно сильно. День независимости подчеркивает антинацизм Беларуси. ЕС - проект левых. Им восточно-европейский национализм в глубине своей отвратителен. Они его просто терпели. А, вот,  белорусский  День независимости через разгром нацистских войск как части войны антигитлеровской коалиции против нацистской Германии - это было глубоко симпатично.
Но нежелание страны терять независимость в пользу ЕС - не то чтобы совсем уж не понятно. Оно просто не укладывалось в рамки принятого шаблона.
Они  опасались, что если и Россия пойдет этим путем, то ЕС получит на востоке европейский интеграционный полюс на более мощном, чем в самом ЕС базисе антинацизма, антирасизма, социального государства.
Я предложил компромисс: пока Россия к такой идеологии не перешла, а дело  было в 1998 году, в разгар либеральных реформ, Ельцина и дефолта, считать Беларусь не частью альтернативной Европы, а европейским исключением из правил.
На том тогда и расстались.
Но сейчас я бы уже говорил об альтернативной Европе. Перешедшая к антинацистской идеологии устойчивая сильная в военном отношении Россия и союзная ей  сохранившая эту идеологию Беларусь. Еще кое-что.  С потенциалом поддержать европейские ценности и развить\поправить их в каких-то моментах большим, чем у самого ЕС.
nuclear

92. Ржев. Открытие мемориала. Невидимое раньше осевое место.

Если бы я продолжил заниматься той войной, то обязательно частью этого была история партизанской войны по двум пунктам:
1. Как цельного явления на территории России, Беларуси, Украины, Прибалтийских республик. Без особого разделения на национальные сегменты.
2. В синхронизации со всеми Ржевскими битвами.

Ловите, коллеги, обе темы. Особенно про Ржевские сражения. Они не завершились успехом, в отличие от Сталинграда. Но каждое планировалось по задачам, если все пойдет хорошо, более, чем был Сталинград. Даже если операции  были отвлекающими. По сути, успех каждой Ржевской битвы имел шанс и отчасти задачу повторить немецкий Блицкриг наоборот. Или 1812 год.

Вы только представьте себе, если бы, например,  одновременно со Сталинградом был бы большой прорыв под Ржевом. Не было бы тогда Харькова и многих осторожных локальных советских наступательных  операций. Гнали бы немцев к Висле и Берлину сразу.

В синхронизации Ржевских битв находилось и партизанское движение как минимум в лесной части СССР.
А если бы удалось разбить немцев зимой 1941-42гг. под Москвой? И сделать то, чего в своих приказах максимально боялся Гитлер? Когда напоминал своим солдатам стоять там насмерть, чтобы не побежать назад и не сгинуть в снегах и лесах, как французы? Война вообще могла закончиться еще тогда.

Великое место в истории той войны.

И очень хороший памятник.
nuclear

91. R.I.P. Константин Крылов. Неевропейский русский националист.



Очень жаль. Видели мы мир по-разному, но он опубликовал ровно 40 моих статей только на одном из ресурсов, где был редактором. По другим я просто не помню.
Я как раз недавно задумался об издании их сборника и мы начали с ним переговоры об этом.
Мы мало общались. особенно в последнее время. Но он всегда вызывал у меня глубокое личное уважение. Люди его взглядов в восточной Европе часто личностно ломаются. Попытка соединить философию, национализм и образ жизни человека среднего класса очень часто приводит их на прикрытую философскими разговорами панель. Константин Крылов сумел остаться философом. И уж от чего от чего, а от продажности он был очень далек. Это был сильный духом человек.
Мне особенно нравилось его стремление познавать новое. Он не застывал.
Было очень симпатично его стремление соединить воедино философию, эстетику, стиль жизни, глубокую историчность взгляда на мир.
И круг людей, который был вокруг него - по-моему, примерно такой же. Константин умел держать высокую нравственную планку в общении.
Этим русский национализм и отличается от большинства родственных ему европейских линий.
При всей разнице философий я сейчас подниму за Константина Крылова  по-русски положенную рюмку водки.
И смерть для философа достойная.
nuclear

90. Ненацистские версии восточно-европейской идентичности.

Макрон намерен перезагрузить отношения с Россией через экспертный совет НАТО

Значительная часть проблем НАТО с Россией - от героизировавших коллаборантов времен 2МВ восточно-европейцев.
Но эта ревизионистская версия национализма или даже национальной идентичности вовсе не является неизбежной. Поляки базируют свою идентичность не на культе коллаборантов. Сербы. Доминирует антинацистская версия национальной идентичности у белорусов.
У восточно-европейцев был опыт русофильских версий национализма. Чаще всего именно они стали основой для их "социалистической" лингвоцентричной и посткрестьянской идентичности после 2МВ.
Отрицающая собственный криптонацизм и этническую зверскость национальная идентичность, в своей новой версии возможна и сейчас. Может быть она будет основана на русофильстве-социализме ныне придавленных враиантов восточно-европейских национальных чувств. Но, может, надо говорить и чем-то ином.
nuclear

89. Что есть норма - "мессопотамия" или "египет"? "Европа" или "Китай"?



Каждый день неспешно продолжаю перечитывать С.Нефедова. Факторный анализ истории Востока. Понятно, его анализ сейчас особенно актуален. Но стараюсь не зацикливаться на очевидной актуальности.
Сегодня раз пятый перечитал разделы по древней Мессопотамии. Демографические циклы. Технологические революции. Диффузии новых технологий и переселения народов. Мы обычно обращаем внимание на этом фоне на империи или социально-экономические процессы. Во всяком случае в рамках той исторической традиции, которая привычна мне.
А храмовые культуры и древние торговые дома? Те храмовые культуры и дома, которые возвышались вместе с той империей, с которой они сблизились, истоически заметны. А другие? Сам конгломерат храмовых культур разного типа как принцип организации духовного мира Мессопотамии?
Что такое храмовое хозяйство с их точки зрения? Это нечто наподобие российской Сибири или северной Америки времен Британии и США - пространство, где получали материальную базу для существования секты и церкви. Какие-то из них всегда доминировали, но никогда не доминировали полностью. Они всегда вбирали в себя глубинные элементы духовных традиций предшественников или просто ослабевших культур (Кастаньеда или Роза мира - учений на эту тему масс).
Повышенная урожайность земледелия в Мессопотамии давала особую материальную базу для храмовых хозяйств очередных местных аналогов Мормонов. Но и детерменировала формы организации хозяйственной жизни общины и ту часть ее духовной жизни, которая касалась земли и календарного цикла земледельца.
Степь в этом смысле была пространством иных культур. Более геноцидальных. Хотя и структурно внутри себя однотипных. И не земледельческих.
Мессопотамия (и находящие в ее поле влияния окрестности) не породила устойчивого унифицирующего храмовые культуры стержня наподобие древне-египетской культуры или китайской иероглифической.
То есть Мессопотамия и окрестности как "Прерия" была базой и рассадником не унифицирующей мир культуры, а полагающих себя богоизбранными своего рода сект. Каждую эпоху мир этих храмовых сект-народов порождал выходящие за рамки своего окукленного пространства универсальные учения. Зороастризм, христианство, митраизм и т.д.
Но никогда этот мир не смог создать устойчивого во времени аналога устойчивого речного Египта или Китая. Или всегда милитарной Степи.
А что есть культурная человеческая норма? Устойчивость Египта и Китая или постоянная мутационность Ближнего Востока? Психологически нам в рамках европейской и особенно либеральной традиции мутационность кажется более правильной, "свободной". Именно культурная неустойчивость Ближнего Востока сделала его источником многих импульсов в развитии человечества. Европейской цивилизации в частности.
Но, глядя на противостояние Россия-Европа в 16-20вв., СССР-Западная Европа во время Холодной войны. На нынешний кризис Европейского Союза и усиление Китая - вопрос о человеческой культурной норме не так однозначен в пользу не устойчивых пространств.
Если норма - динамическое равновесие египтов и китаев с условной мессопотамией и степью, тогда в чем эта динамика? Противостояние как Иран и Туран? Наоборот двуполюсность одного тела?
Иными словами что есть тот мир, который сейчас несет в себе на руинах разбиваемого пандемией либерального миропорядка Китай? Гармония универсума над хаосом? Не просто над хаосом милитарной варварской "степи", но и над храмовой неупорядоченностью родственной "земледельческой" "мессопотамии"?
Что есть норма - "мессопотамия" или "египет"? "Европа" или "Китай"?
nuclear

88. Какой будет Европа после подавления неонацизма, возрождающегося сейчас?



Доклад, подготовленный фондом «Историческая память» и Фондом поддержки и развития еврейской культуры, традиций, образования и науки, «Пособники нацистских преступлений. 96 ветеранов Латышского легиона СС, которые еще живы».

Нынешняя эпидемия - это уже откат к более архаичным формам организации Европы, чем было до возникновения ЕС. Сложно сказать, какая именно конфигурация в европейской политике установится по мере выхода из этого кризиса.
Но уже ясно, что ЕС будет без Британии иным, чем был с нею. В восточно-европейских странах очень усилятся националисты или нечто вроде того.
Особую тревогу вызывает Германия. Какой она выйдет из нынешней своей национальной самоизоляции? А если с очень сильными ультраправыми?
А все восточно-европейские и германские "националисты" нацелены на ревизионизм и переоценку как минимум Нюрнбергского процесса, идеологических итогов Второй мировой войны.
Все они в глубине своей продвигают новую версию расизма как нового европейского политического проекта.
Они в итоге проиграют, как всегда. Европейская цивилизация всегда преодолевала очередной расистский проект. Преодолеет и сейчас.
Какова будет Европе после того, как они будут подавлены вновь - это в деталях еще не понятно. Но по итогам взятого в 1945 году Берлина этническая карта Европы изменилась очень сильно.
Будущая победа над неонацизмом неизбежно тоже потребует санации культур, которые к нему склоны. По-моему, многие в восточной Европе этот момент недопонимают в своем увлечении полицаями той войны.