Юрий Гуралюк (guralyuk) wrote,
Юрий Гуралюк
guralyuk

В.Гигин: Если друг оказался вдруг…

Такие, вот, значит аналогии, и место, и время...

***

Если друг оказался вдруг…
В.Ф.Гигин
19 Ноябрь

Непростые российско-белорусские отношения последнего времени породили множество комментариев, суждений, аналитических статей. Политики, журналисты и ученые подробно разбирали да и продолжают разбирать различные причины, поводы и детали обострившихся противоречий. Однако за этими более-менее очевидными фактами или же, наоборот, скрытыми от глаз закулисными перипетиями можно разглядеть любопытную тенденцию. Точнее сами эти отношения укладываются в некую историческую закономерность, едва ли не родимое пятно российской внешней политики. При внимательном рассмотрении оказывается, что Россия (в различных исторических формах своего государственного существования) является чуть ли не мировым рекордсменом по умению отбрасывать, отторгать от себя ближайших и самых верных союзников.

Один из самых ярких примеров представляет так называемый «болгарский кризис» конца XIX века. В результате победоносной русско-турецкой войны 1877 – 1878 гг. Болгария была освобождена от многовекового жестокого османского правления. Болгары питали самые искренние чувства к своим освободителям – «братушкам», как они их называли. Некоторое время молодое государство оставалось под прямым российским управлением, да и потом, на протяжении нескольких лет болгарская армия находилась под командованием русских офицеров, а в правительстве некоторые министры также были подданными Российской империи. Казалось, не только дружба между двумя народами, но и союз двух государств нерушимы и вечны.

Но Россия, как это обычно и бывало, оказалась не в состоянии предложить что-либо конкретное для развития болгарской экономики. И началось все с малого – самого банального «спора хозяйствующих субъектов». Стороны разошлись в проектах строительства железной дороги. Россияне предлагали провести линию в направлении София – Систов, то есть соединить Болгарию с Россией (а это имело исключительно военно-стратегическое значение), болгары же настаивали на постройке дороги София – Цариброд и София – Вакарел, что отвечало интересам болгарской экономики, ориентированной на западные рынки и инвестиции. В столкновении геополитики и геоэкономики победила последняя. Русские министры Соболев и Каульбарс оказались в изоляции и вынуждены были уехать из страны. С этого времени правительство Александра III стало косо смотреть на Болгарию, а правящего там князя Александра Баттенберга и вовсе считать изменником.

Конфликт породил серию крупных просчетов и ошибок, вызванных, главным образом, простым и банальным раздражением. В ответ на присоединение в сентябре 1885 г. к Болгарскому княжеству южной части страны, остававшейся до того под властью Порты, Россия отозвала из Болгарии всех своих офицеров. Санкт-Петербург занял двусмысленную позицию и во время сербско-болгарской войны в ноябре того же года, что, естественно, не прибавило ему популярности в болгарском обществе.

Многие тогда полагали (а некоторые так считают и до сих пор), что причина конфликта кроется в фигуре болгарского князя – Александра Баттенберга, немецкого аристократа по происхождению. Но он приходился родным племянником российской императрице – жене Александра II, лично участвовал в русско-турецкой войне и был избран монархом по прямому указанию из Санкт-Петербурга. И когда несчастного князя свергли, ситуация ничуть не изменилась.

По всей стране стали возникать организации «Болгария за себя». В ответ на независимую политику царское правительство в ноябре 1886 г. разорвало дипломатические отношения с Болгарией. Тогда одна из болгарских газет опубликовало такие слова, ставшие впоследствии знаменитыми: «Мы останемся навеки благодарны мужественному русскому солдату, освободившему нас от турецкого ига. Но мы умеем различить великий русский народ и политику российского правительства».

Новый русский царь Николай II в 1896 г. восстановил дипломатические отношения между двумя странами. Однако раскол оказался слишком велик. Создалась любопытная ситуация. Россия и Болгария становились все более враждебны друг другу, а в Софии улицы продолжали носить имена русских героев-освободителей, на центральной площади соорудили памятник Александру II, а главный православный собор был построен в честь русского святого Александра Невского. Как бы там ни было, но в Первую мировую войну Россия и Болгария очутились в разных военно-политических лагерях.

На Балканах имел место еще один хрестоматийный случай острого двухстороннего конфликта – знаменитая ссора двух Иосифов: Сталина и Тито.

Сербы, являвшиеся самым многочисленным народом Югославии, никогда и помыслить не могли, что очутятся по разные стороны баррикад с русскими. И у сербов, и у черногорцев бытуют такие поговорки «На небе есть Бог, а на земле – Россия», «Нас никто не победит, ведь нас с русскими двести миллионов!». Когда сербское общество в марте 1941 г. узнало, что прогерманский курс тогдашнего югославского правительства завел страну в лагерь врагов России, пусть и советской, в Белграде тут же произошел военный переворот. Новое правительство генерала Душана Симовича заключило с СССР договор «О дружбе и ненападении». Гитлер был вне себя от ярости и приказал напасть на Югославию, из-за чего была отложена агрессия против нашей страны.

Во время Второй мировой войны югославские народы, прежде всего, сербы и черногорцы, проявляли исключительное мужество, сражаясь с захватчиками. Неудивительно поэтому, что лидер югославских партизан Иосип Броз Тито стал и лидером нации. Он прекрасно осознавал ту народную поддержку, на которую опирается. Это явно не устраивало Сталина, который предпочитал иметь дело в странах Восточной Европы с «назначенцами» вроде Димитрова, Гомулки или Берута, Ракоши или Готвальда.

Москва не поддержала Белград в его борьбе за удержание важного морского порта Триест. Сталин сдерживал аппетиты Тито, который собирался создать Балканский союз, фактически присоединив к Югославии Болгарию и Албанию. Но эти разногласия можно было урегулировать в разумном диалоге. Однако Иосиф Виссарионович в мировом коммунистическом движении привык к монологу и исключений ни для кого не делал.

29 июня 1948 г. свет увидела ставшая печально известной резолюция Коминформбюро (преемника Коминтерна) «О положении в коммунистической партии Югославии». В ней руководство балканской страны подвергалось жесткой критике. Для Югославии это был настоящий шок. Тито, по воспоминаниям его окружения, переживал самый тяжелый период в своей жизни. Некоторые из югославских коммунистов считали, что так Сталин проверяет их на лояльность. По улицам югославских городов шли многолюдные демонстрации с портретами и Сталина, и Тито, лозунгами о нерушимости советско-югославской дружбы. Совсем другие манифестации и митинги проходили в СССР. На них клеймили «диктатуру фашистского толка», «подлую банду шпионов и убийц в Белграде».

Маховик информационной войны против Югославии был раскручен на полную катушку. Видеоблогов тогда не существовало, зато была газета «Правда». Именно в ней, центральном органе ЦК ВКП(б), 8 сентября 1948 г. вышла статья «Куда ведет национализм группы Тито в Югославии», в которой содержались чудовищные обвинения в адрес людей, рисковавших жизнью в борьбе c нацизмом, неоднократно доказывавших преданность дружбе с советским народом. Тито и его сторонники объявлялись «пособниками мирового империализма», «вырождающейся кликой политических убийц». С каждым днем эпитеты становились все жестче и изощреннее.

На первый взгляд, расчет Сталина был верен. Тито не оставалось места для маневра. Югославия полностью зависела от СССР в экономическом плане, в стране находились советские специалисты (которые, естественно, тут же были отозваны), югославские офицеры обучались в советских академиях и училищах. На Западе Тито называли диктатором, сравнивали его с Гитлером и Муссолини. Внутри страны положение едва стабилизировалось после войны, еще действовали мелкие группы вооруженной оппозиции – четников и усташей. Однако «мудрый вождь и учитель» ошибся. И это, пожалуй, был один из его самых главных внешнеполитических просчетов. Сталин недооценил способность Тито сплотить вокруг себя народы Югославии.

Попытка номенклатурного просоветского переворота в Компартии Югославии была жестко пресечена. На международной арене вплоть до конца 1949 г. Югославия продолжала поддерживать все внешнеполитические инициативы СССР. Однако не замечать возникшие разногласия далее не представлялось возможным. 10 августа 1949 г. вышла нота Советского правительства, в который были такие слова: «Пусть знают народы Югославии, что Советское правительство рассматривает нынешнее правительство Югославии не как друга и союзника, а как недруга и противника Советского Союза». С конца 1949 г. дипломатические отношения, по инициативе СССР, хотя и не были разорваны, однако де-факто не поддерживались. Прервались всякие официальные контакты Югославии и с другими «странами народной демократии»: Болгарией, Албанией, Румынией, Польшей, Венгрией, Чехословакией. На югославских границах стали происходить вооруженные инциденты. Группа советских диверсантов под руководством Павла Судоплатова получила задание физически устранить Тито и его ближайших соратников.

В этих условиях Югославия обратилась за помощью к мировому сообществу и получила поддержку Запада. На IV сессии Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре – декабре 1949 г. югославская делегация обвинила СССР и его союзников во вмешательстве во внутренние дела Югославии. Несмотря на противодействие СССР Югославия 20 октября 1949 г. была избрана непостоянным членом Совета Безопасности ООН. С тех пор, по словам американского политолога Дж. Кэмпбелла, «Югославия стала играть такую роль, которая, по крайней мере с точки зрения Запада, оценивалась как становящаяся все более конструктивной».

Тито на Западе больше никто не называл диктатором. Постепенно он превратился в популярную фигуру, даже светского льва, друга голливудских кинозвезд. Выступая в 1952 г. на VI съезде Компартии Югославии (ставшей с этого времени Союзом коммунистов Югославии), он сказал, что помощь Запада является средством защиты независимости от Советского Союза.

Поддержка Запада далась Югославии непросто. Пришлось пойти на многие уступки, прежде всего, экономические, признать долги, расплатиться за национализированную собственность. Но страна выжила и сохранила свою независимость.

После смерти Сталина новый советский лидер Никита Хрущев урегулировал отношения с братской страной. Тогда в народе бытовала такая частушка:

Дорогой товарищ Тито,

Ты ни в чем не виноват,

Объяснил нам все Никита –

Ты теперь нам друг и брат!


Югославия даже поддержала СССР во время подавления Венгерского восстания 1956 г. Однако полной нормализации отношений так и не произошло. Тито не забыл обиды и не пожелал возвращаться в «восточный блок». Югославия пошла по собственному пути «построения социализма», отказавшись присоединяться к Варшавскому договору. Да и в СССР отношение к Югославии осталось «дружески настороженным». По крайней мере, поездки советских граждан в эту социалистическую страну оформлялись по «капиталистическому варианту», то есть с гораздо более жестким отбором.

Приведенные два примера касаются отношений России (императорской или же советской) с двумя славянскими народами, близкими по языку, культуре и вере. Но уникальный опыт своеобразных отношений России со своими союзниками можно пополнить и другими не менее яркими эпизодами. Это и Украина после Богдана Хмельницкого в XVII веке, и Австрия в веке XIX. Советский Союз умудрился дважды рассориться с Китаем: в 1927 г. при Чан Кайши, и в 1960-х при Мао Цзэдуне. Сталин после Второй мировой потерял Иран, а Хрущев – маленькую, но гордую Албанию.

Конечно, можно ссылаться на происки темных сил, искать конспирологические ходы, списывать все на происки «мировой закулисы». Но согласитесь, что-то в этой череде потерь и утрат все-таки есть. Россия раз за разом не может разобраться, кто же для нее друг, а кто враг, отвергая при этом самых верных союзников. Удивительное дело, эта великая страна умеет так быстро притянуть к себе, заворожить своей силой, могуществом, открытостью, но оказывается неспособна удержать надолго. Начало XXI века лишь подтвердило эту тенденцию. Однако столетие только началось, и, быть может, новое поколение российских руководителей сумеет найти новые подходы в отношениях с другими странами к своему благу и к благу своих союзников, которые хотят видеть Россию действительной великой и уважаемой в мире державой.
http://www.belta.by/ru/blogs?auth_ID=16&art_ID=26
Tags: Беларусь, Европа, Россия, геополитика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments