Юрий Гуралюк (guralyuk) wrote,
Юрий Гуралюк
guralyuk

Category:

9. Локализация Польши. Нереальность любой версии Речи Посполитой между двумя морями

1. На наших глазах завершается угасание польской культуры на востоке бывшей Речи Посполитой в качестве на протяжение многих столетий очень важного местного явления. Концепты Украины во всех ее версиях, Беларуси. Литвы, Латвии выполнили свою "антипольскую" задачу. Доминировавшая в регионе до начала-середины 20-го ст. польская культура и идентичность в этих государствах почти полностью поглощена их собственными культурой и идентичностями. Польские меньшинства почти исчезли. Сформированные из бывших крестьян национальные элиты имеют консенсус относительно недопущения культурного доминирования Польши на своей территории и впредь.

Этот консенсус закрепляется в ходе национального строительства также через попытку перенимания национальными государствами (кроме Беларуси) той геополитической функции сдерживания России на востоке Европы, которая ранее традиционно принадлежала в регионе Польше:
- доминирующая в Украине версия украинской идентичности базируется на апологетике ОУН-УПА и не может быть основой для реального сближения Польши и Украины.
- Культурная литуанизация Виленского края в Литве не завершена и вряд ли может быть завершена после происшедшего массового исхода молодежи из Литвы в "Старую Европу". Тот ситуативный союз, в который вступили в этой части Литвы поляки с частью русского населения, сложился надолго и дополнительно препятствует завершению литуанизации тут. Этот ситуативный парадоксальный "союз" вводит литовско-польские отношения во многом в зависимость от обреченных на напряженность отношений Литвы и России.
- Культурная "советскость" белорусской идентичности и русский язык развернули Беларусь к твердому цивилизационному выбору в пользу России. Любые попытки ослабить белорусскую культуру посредством части угасающего польского меньшинства или белорусского национализма оказались неудачными и не видно причин, почему они могут набрать серьезный потенциал в будущем.

Но главное - на бывшей восточной части Речи Посполитой польскость перестала быть культурой политических и интеллектуальных элит. Пополнять правящие классы польскими представителями в больших масштабах невозможно. Политике возрождения польскости в этой части Европы, если бы эта политика действительно проводилась какими-то силами всерьез, фактически не на кого опереться внутри окрепших национальных государств.

Поляки в мире
Всего: 55—60 миллионов
Польша — 36 085 000 (2011)
США — 8 977 235
Германия — 1 500 000 — 2 000 000
Бразилия — 1 800 000
Франция — 1 050 000
Великобритания — 600 000
Канада — 900 000
Белоруссия — 294 549
Литва — 205 500
Украина — 144 000
Швеция — 70 000
Чехия — 52 000
Россия — 47 000 (2010)
Латвия — 44 783
Казахстан — 34 057
(Польские источники могут давать иные цифры, но они ситуации принципиально не меняют)

2. Геополитическая идея формирования антироссийского "альянса" из национальных государств между Балтийским и Черным морями (или даже между этими морями и Каспийским морем, проект регулярно всплывает под разными наименованиями) также оказалась нереалистичной:
- Национализмы местных народов слишком многое разделяет, чтобы такой романтичный альянс мог стать чем-то большим декларации о совместной борьбе против России: Виленский вопрос, глубокая "советскость" Беларуси, претензия украинского национализма на лидерство в регионе.
- За прошедшее после распада СССР время определились новые неформальные и формальные альянсы, которые укрепили позиции тех сил в регионе, что не хотят регионального лидерства Польши: ориентация Литвы после прихода к власти Дали Грибаускайте на идею Балтосканддии и сотрудничества с Северной Европой вместо стратегического альянса с Польшей времен президента Адамкуса, ориентация на эту же установку Латвии и Эстонии, теснейший союз с Россией у Беларуси. Война привела Украину к неспособности даже теоретически превратиться в регионального лидера альянса на антироссийской основе.
- Ориентация на европейскую интеграцию ослабила институт национального государства в странах, которые приняли такой выбор. Интеграция в ЕС предполагает в качестве политической системы либеральную парламентскую демократию. Парламентская демократия препятствует консолидации власти в государстве, необходимой для больших проектов в любой области. Уже потому восточно-европейские страны вряд ли способны к системному реальному блокированию вокруг любых самостоятельных больших проектов в любой сфере. Исключение из этого стандарта - Беларусь. Но это важное в стратегическом отношении государство, которое препятствует теоретической смычке стран Балтии и Украины, избрало ориентацию на союз с Россией. Отказ восточно-европейских стран от слабого государства в пользу, например, президентских республик вступает в противоречие со стандартами ЕС и вряд ли возможен.

3. Евразийская интеграция уже начала понемногу ставить вопросы относительно изменения самой Польши. Некоторые факторы уже начали проявляться:
- Беларусь развила столь масштабное транспортное сотрудничество с Литвой и Латвией, что транспортные пути между Европой и Россией (Китаем, остальной Азией) больше не зацикливают ее на западе на Польшу.
- Проекты строительства российских АЭС в Калининградской области и в Беларуси создали предпосылки к превращению этих АЭС в стратегически важный источник энергии для Польши. И лишь политические сложности пока сдерживают строительство Калининградской АЭС, но обсуждается вопрос о строительстве в Беларуси более чем двух энергоблоков под потребности как раз польского рынка.
- Польша оказалась на пути создания вероятного важного трансъевразийского транспортного коридора Германия-Китай и таким образом не может не учитывать интересов "Старой Европы" в своей восточной политике.
- Кризис в Украине усиливает внимание к Польше со стороны стран Вышеградской группы и "Старой Европы" как особо важного для них транспортного пути. И это внимание и интерес необходимо учитывать в польской политике на Востоке.

В целом же, в восточной Европе нет базиса для существования сильного националистического альянса от моря до моря в любой его форме, будь при польском лидерстве или без него. Но возможна некоторая игра на эту тему вокруг привлечения в регион внешних по отношению к нему сил. Часть польских элит может в силу исторической памяти пытаться играть в региональное лидерство, но не в состоянии добиться его на деле. В случае реального обострения ситуации польские элиты обращаются к внешним игрокам и в целом следуют их интересам: ЕС, НАТО, отчасти США. Польская политика на востоке по своему потенциалу и тем инструментами, которыми она обладает, а в целом и по своим реальным интересам, возможна в конечном счете только как часть политики ЕС. Даже влияние США не следует переоценивать. В принципе, ситуация хороша для достижения в этой части Европы урегулирования по итогам развернувшегося украинского кризиса.

Проблемой является выстраивание новых функций и специализаций культур этого региона в эпоху, когда Польша как важный культурный и геополитический фактор тут перестала быть слишком важной...

Продолжение следует...

Остальные главки из цикла "Война в Украине. Трансформация Европы."
Tags: Война в Украине. Трансформация Европы.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments