November 25th, 2009

nuclear

Что теряет Россия в случае гражданского конфликта в Абхазии

1. Процесс признания Абхазии и Южной Осетии осложнится еще более. Легитимизировать победу в прошлогодней войне станет гораздо сложнее. Давление Запада в пользу Грузии усилится.
2. Возникнет угроза поставкам стройматериалов на олимпийские стройки Сочи. Эти стройки станет возможно завершить только посредством прямой оккупации месторождений "инертных стройматериалов". РЖД не в состоянии завезти в Сочи нужное количество стройматериалов. Абхазское сырье - принципиально важно. Т.е. РФ втянется прямо в гражданский конфликт в Абхазии, если тот вспыхнет. И втянется очень быстро. Никакой локализации конфликта одной Абхазией не получится.
3. Оккупация части Абхазии поставит под вопрос политическую составляющую Олимпиады как миротворческой международной идеи. Просто невероятно, чтобы эта Олимпиада в таком случае прошла. Скандал будет грандиозный.
4. Ситуация на южном Кавказе резко дестабилизируется и очаг нестабильности сольется с северо-кавказским "очагом" вокруг Чечни-Дагестана-Ингушетии. Реанимируется конфликт вокруг и внутри Южной Осетии.
nuclear

Село Дурипш

Второй день пребывания в Абхазии. Начало поездок кандидата в президенты по стране, в составе кортежа которого у меня появилась возможность посмотреть Абхазию. Дурипш - родное село кандидата. Горы. Западная Абхазия. Встречи с народом начались с родного села. Кавказ. Иначе нельзя.
Тут необходимы пояснения. В Абхазии сейчас примерно 220 тысяч человек населения. Из них абхазов, видимо, 90 тысяч, грузин-менгрелов - 50-60 тысяч, армян - тысяч 50, русских - видимо, тысяч 35. Точнее сказать сложно, т.к. население подвижное, часто выезджает за работой за границу. Конституционно в Абхазии все граждане равны и участвуют в голосовании, за исключением менгрелов, у которых еще не завершилась адаптация после возвращения на родину (они было бежали в Грузию в ходе войны, сейчас возвращаются и компактно заселяют свой традиционный регион близ грузинской границы там есть проблемы с оформлением документов. Кто-то пенсию хочет сохранить грзинскую и не спешит формлять абхазские документы - что-то в этом духе). То есть Абхазия это строго говоря очень многонациональная страна, где абхазы составляют меньшинство. И вся война за независимость Абхазии и все время блокады на самом деле было делом многонациональным. Население просто сплотилось вокруг абхазов. Предвыборная компания тоже выходит в основном должна обращаться за голосами не к абхазам, а к этническим меньшинствам. Но абхазы наиболее сплочены, они единственные, у кого есть развитая интеллигенция и вообще элита в классическом смысле. Абхазы - государствообразующий этнос. Точно по учебникам политологии. Сами абхазы делятся на две основные этнические группы: западных и восточных. Лидер страны должен представлять одну этническую группу абхазов, а его ближайший помощник в статусе как бы заместителя - вторую этнческую группу. Какой-то напряженности между этничсекими группами нет. Но чтобы ее не возникло, это правило соблюдать необходимо. Ощущения своего угнетения одной группой другой у абхазов нет. Соответственно, раз наш кандидат из западной Абхазии, значит, идущий с ним вторым номером - из восточной.
nuclear

Село Дурипш - 2. Население стянулось к приморской полосе.Горы - безлюдны.

Сами абхазы более чем на половину - недавние выходцы из сел, осевшие в городах. В селах у абхазов сохраняются как правило близкие пожилые родственники. Молодежь из сел бежит, собственно, как и везде, в города. Реально заселена приморская полоса. Уже в 15-20 км от моря населения почти нет. Там как раз начинаются горы. Делать там в плане работы нечего. Жить тяжело. В общем, в горах населения мало. В основном - старики. Парадоксально, но, вроде, чем выше в горы, тем больше русских. Собираемся еще в самое, кажется, высокогорное село Абхазии - русское старообрядческое.Но у абхазов сохраняется очень тесная семейная и родовая связь. В семьях у них сейчас по 1-2 ребенка. В этом плане от русских они почти не отличаютя. Но вот сами семейные связи сильные. Родовые дома в деревнях часто работают в режиме "дачи", загородного дома. А старики очень влияют на принятие политичсеких решений. По сути в самих деревнях именно аксакалы определяют как будут вести себя более молодые люди. Вопроса о женском электорате вообще нет. Главное - старики. Есть еще такой своеобразный социальный институт: собрания фамилий. Семьи, принадлежащие к одной фамилии собираются на своего рода съезды. Там тоже определяется электоральное поведение. То есть поездка в родовое село кандидата - - это принципиально важно в начале компании. Старики должны опредиться, присмотреться. Потом их мнение постепенно дойдет через традиционные так сказать социальные институты до сельской более молодой родни и чуть медленнее - до части родни, живущей на побережье. Старики, повторюсь живут в основном в горах. Короче, поездка в Дурипш - это была принципиально важная поездка к аксакалам. Иначе тут абсолютно невозможно.
nuclear

Село Дурипш. Аксакалы.

Сначала - возложение цветов к мемориалу погибшим на войне. Здесь такие мемориалы практически в каждом населенном пункте. Иногда очень трогательно. Иногда - шаблонно. Примерно как в СССР было с памятниками погибшим на 2МВ. Но тут мемориалы в основном касаются погибших на войне нседавней. Часто два мемориала - оставшийся советский и новый совмещены. Тут вообще советская традиция и ностальгия просто слились с новой абахазской общенациональной идентичнстью. Напоминает Беларусь. Национализм тут не разрушает советскую традицию, как это происходит в восточно-европейских странах, а совмещается с нею. Как бы интерфронт начала 90-х и национальная идентичность ранее угнетенного народа. Коренное, кстати, отличие в этом смысле и и от Грузии. Грузия - скорее восточно-европейская страна в этом плане. После возложения цветов - встреча с жителями села в доме культуры. Дом культуры в очень плохом состоянии. Надо ехать опять в горы (продолжу вечером)
nuclear

Село Дурипш. Встреча.

В общем, прошло нормально. Было, правда, холодно: в ДК культуры в зале, рассчитаном где-то на 400-600 мест, окна часто были не просто выбиты, а не закрыты даже фанерой. Было холодно и был сильный сквозняк. Но зал был полон. Люди очень долго, часа 3, наверное, активно все обсуждали. В Абхазии вообще политизация населения очень высока, политика вызывает живейшее обсуждение. А тут еще и обсуждали своего земляка в его решимости идти "в президенты". Аксакалы абсолютно не молчали. Пожалуй, даже больше: выступали в основном мужчины в большом возрасте. Некоторые выглядели даже внешне именно так, как должен выглядеть аксакал на Кавказе: высокая бурка, высокий посох с острым наконечником внизу и т.д. Женщин и детей практически не было. Почему-то некоторые старики особо выделили меня. Подходили специально здоровались. Их логики не понял. Все собрание шло по-абхазски. Закончилось своего рода санкцией кандидату идти сражаться за должность.
nuclear

Село Лыхны.

Все тот же второй день в Абхазии. Сразу после Дурипша поехали в очень большое горное село Лыхны. Там также была встреча с избирателями. Этот все тот же, что и Дурипш, Гудаутский район.

Громадное село. Если не ошибаюсь, что-то под 4 тысячи жителей. Целый свой мир. Православная церковь 10-го века под консервацией. Руины дворца местных властителей 16-го ст. (бросилось в глаза, что без внутреннего дворика и сераля, видимо, православные) и т.д. В каком-то смысле центр традиционной культуры для, видимо, западных абхазов: близ церкви и дворца большое поле для конных состязаний, даже трибуны для зрителей. Тут проходят традиционные "территориальные" праздники абхазов. Т.е. тоже знаковое село.

Рядом с руинами дворца просто огромный ДК культуры. Но действовало в нем только небольшая часть. Сама встреча проходила не в зале ДК, а в зале, видимо, для заседаний правления колхоза, человек на 200-300. Видимо, большой зал в добитом состоянии.

Зал был заполнен. Все проходило активно.
Было забавно слышать вокруг стрельбу: в Лыхнах одновременно проходило 3 или 4 свадьбы. Со всеми сопутствующими традициями: из автоматов в воздух, накрыть поляну (словно альпийский луг) и т.д.

Посмотрел одну из местных школ. Очень большое еще советское здание 4 или 5 этажей и проч. Реально дети занимаются лишь в некоторых классах. Первый этаж вообще словно война вчера была: окна выбиты и т.д. Из некоторых форточек на верхних этажах выведены на улицу трубы - видимо, стоят печки-"буржуйки". Но вход в школу уже отремонтирован.

Показалось, что священник церкви очень бедно живет, но из последних сил реставрирует ее. Вообще, православные где-то процентов 70 абхазов, причем они приняли православие где-то веке в 6-м, наверное, очень рано.

Средняя школа - это по-моему главная проблема Абхазии. Не дороги, не ЖКХ, даже не пенсии пенсионерам. Главное тут оживить среднюю школу. Как и везде в общем в зонах длительных конфликтов. Если вырастут два поколения а не одно с реально очень низким образованием - вот это уже станет Проблеммой, т.к. закрепится в виде культуры бедности, как в "африке". Пока еще ситуация обратима.Лыхны - абхазское село. Все проходило по-абхазски.
nuclear

Село Члоу

Третий день в Абхазии. Поехали в высокогорные села восточной Абхазии в Очамчирский район, ближе к границе с Грузией. Сначала было село Члоу.

Большое. С площадкой для конных состязаний, напоминающей ту, которая в Лыхнах. Видимо, немного ослабленный аналог в рамках традиционной абхазской культуры Лыхн для восточной Абхазии. Большая 3-4-этажная белая школа на высоком холме над "конским полем". Очень своеобразный, в очень авангардистском стиле мемориал павшим на последней войне.

Зал, мест на 500, был полон. В хорошем состоянии. Никаких выбитых окон. Также и школа - вполне себе внешне нормальная. Дискуссия нормальная.

Огромное количество полуразрушенных, разрушенных или заброшенных домов по пути сюда из Сухума впечатляет. Видимо, в этой стороне война была особенно жестокой и, наверное, грузин тут жило больше, чем западнее Сухума.

Но какой тут был высочайший уровень жизни при советской власти. Рай на земле. Двух-трехэтажный дом, увитый виноградом, с большими террасами и широкой лестницей наверх с улицы, словно легкое викторианство - как норма. Сады... На вскидку, уровень жизни тут при СССР был не ниже нынешнего уровня жизни в Германии. Очень красивая традиционная архитектура.

Сюда надо привозить народ с Рублевки и ее аналогов на экскурсии, чтобы поняли, как бренно их простое потребительское щасте. И как легко их виллы могут прератиться в такие вот поля разбитых и покинутых людьми остовов домов. Вот для меня все таки загадка, как могли грузины вызвать к себе такую ненависть. И как грузины могли упустить власть в таком райском месте и при таком громадном перевесе над абхазами во всех отношениях. На момент начала войны абхазов в Абхазии было, наверное, уже всего лишь процентов 20 населения...

В чисто рабочем порядке думаю, что дело в грузинском национальном чувстве или точнее современной грузинской идентичности. Она слеплена по восточно-европейской модели национализма собственной "свядомай" интеллигенцией. То есть подразумевает культурный или физический геноцид "этнических противников" при первой же возможности. Или хотя бы их угнетение, если возможности устроить геноцид нет. Скорее всего, грузинская интеллигенция привила своему народу на этой территории какое-нибудь высокомерие по отношению к абхазам и вообще негрузинам. Но как и все ВЕ государства, националистическое грузинское государство не было обеспечено адекватной стратегическим вызовам элитой и ресурсами. Это, разумеется, "наиональным романтикам" и "постмодернистам" стало ясно только после того, как абхазы грузин разгромили...

Если я прав, тогда грузинам надо просто смириться с потерей Абхазии, как смирились все ВЕ нации с потерей своих надуманных "исторических земель". Будет оно, конечно, больно. И если это чувство поражения не добить разгромом самой идентичности построенной на этнократическом принципе, путем, например, распространения того, что называют европейскими ценностями - любого вида универсальной идеологии - нового кровавого взрыва тут не избежать. В этом смысле, кстати, советско-абхазский культурный симбиоз в Абхазии выглядит более перспективно, чем наполненный реваншизмом и желанием "обмануть Запад" вянув его в решение геноцидальной в своей основе задачи возвращения Абхазии и Южной Осетии грузинский национализм. По-крайней мере так показалось, пока ехал по западной Абхазии.