Юрий Гуралюк (guralyuk) wrote,
Юрий Гуралюк
guralyuk

Categories:

Интервью adolfych о "Чужой" и остальном.

Скоро будет фильм.
Наилучшие пожелания!

<tr><td valign="top" width="98%" colspan="3"></td><td width="1%"></td></tr><tr><td valign="top" width="100%" colspan="5"></td></tr><tr><td valign="top" width="1%"></td><td valign="top" width="1%"></td><td valign="top" width="1%"></td><td valign="top" width="87%">


НЕИЗВЕСТНЫЙ АВТОР


Тысячам читателей ЖЖ он известен как adolfych. Писатель Владимир Нестеренко знаком еще тысячам, купившим в прошлом году хит издательства Ad Marginem — роман «Чужая». Точнее, кинороман – была такая форма еще в советские годы. Многие успешные тексты строятся на жизненном материале. В жизни у писателя его хватает: два высших образования, две судимости, более 10 лет стажа в одной из киевских ОПГ. Немногим знакомы внешность и подлинное имя автора тщательно написанного текста, кроме, вероятно, его контрагентов: Константина Эрнста – он финансирует экранизацию той самой «Чужой», Сергея Сельянова – тот на корню выкупил новый потенциальный хит «Огненное погребение». При личном общении становится ясно с точностью, что они покупали, точнее, что купило их. Реальность. Грубая, жесткая, постсоветская. Которую бывает так сложно изобразить «патентованным» сценаристам и режиссерам. Как и у высокооплачиваемых киношников, у Адольфыча полный порядок в жизни. Причем по ощущению – всегда. Он давно стал вполне легальным субъектом экономической жизни Украины. Но отмотаем пленку в конец восьмидесятых…


«Запоминаются первые события. Первая девушка и первый стакан портвейна, первый тренер и первый суд. […] В спортзале между синими дермантиновыми мешками бродило человек сто – обычная стрелка, каждый день, как на завод. […] Тогда даже бит не было, отрывали от шведской стенки палки, на ней уже можно было только повеситься, если турник, к примеру, был бы занят спортсменами».


МАТРОС ЖЕЛЕЗНЯК


– Долго же ты шел в профессию сценариста из этого спортзала...


– Долго, долго. И для того, чтобы окончательно подтолкнуть меня в профессию сценариста, одного тюремного срока оказалось мало. Я отсидел два раза, т.е. я рецидивист, вполне себе законченный. Отсидел что положено, до этого еще года два бегал, был изъят из оборота достаточно надолго. Когда осмотрелся, оказалось, что вокруг другая страна – уже все закончено, никто уже не занимается бандитизмом. Тупичок. Году в 97-м эта ниша бандитизма стала исчезать. Но ведь изменения происходят не сразу, не вдруг. Их надо осознать. Даже революции происходят не сразу: в феврале 1917 года мало кто понимал, чем все закончится. Были иллюзии. Вот когда пришел матрос Железняк, разогнал Учредительное собрание – все стало ясно. Таким матросом Железняком у нас было Украинское государство. Оно в чем-то покруче российского. В России жестокость законов компенсируется необязательностью их исполнения, у нас, если что решили, будут дожимать.


Еще я постарел. Все очень просто: берешь свой возраст и добавляешь 10 лет. Это средний срок за тяжкое преступление, которое можно совершить в любой момент, если профессионально занимаешься чем-то таким. Когда тебе двадцать пять – одно дело. Когда тридцать пять – совсем другая картина. Тюрьма – это жизнь, деградировавшая на несколько социальных ступеней. Рабовладельческий строй, продолжительность жизни – соответствующая.


– И вообще непрожитая жизнь…


– А вот это – ерунда. Блатная жизнь – она очень интересная, очень. Самая насыщенная жизнь. Хотя и проходит в сложных условиях. Для меня литература – в каком-то смысле ее сублимация.


ОСТАВИТЬ СЛЕД


– Как и когда ты стал писать?


– Это был 1988 год: рок-н-ролл, перестройка и так далее. Самиздат. Печатал тексты на машинке. Потом бросил и не занимался ничем таким года с 90-го. Взял небольшой перерыв, как Горький, «ходил в люди». В этот период никакой культурной деятельностью не занимался, хотя и антикультурной тоже. Чижика, как медведь-губернатор у Салтыкова-Щедрина, не ел. Вернулся в 2001-м. Переосмыслил себя и понял, что надо оставлять след. Если раньше я оставлял его, так сказать, гвоздем на чужих машинах, то теперь решил сделать это более масштабно.


— Читатели твоих рассказов и ЖЖ знают тебя как «мастера малой формы». Как появилась «Чужая»? Это была целенаправленная идея – сделать кинороман?


— Большие формы – только за деньги. Написать сценарий попросил Дмитрий Кузин, режиссер-эмигрант, живущий в Америке. Ему очень понравился фильм «Бумер», и мне он предложил написать сценарий о том, как такие вещи происходят в жизни.


— А что ты скажешь о «Бумере»?


— Фильм хороший. Именно как фильм. Он не очень хорош как фильм о бандитах. Эти мальчики (герои фильма) попали в безвыходную ситуацию (попали по глупости, но мы этого не обсуждаем – в такие ситуации всегда попадаешь по глупости и стали заниматься разбоем. Но в жизни показанные в фильме мальчики разбоем не занимаются. В жизни они бы просто разбежались. Спрятались бы. Но тогда не было бы кино. Дальше: эти мальчики действуют крайне непрофессионально. Они еще не знают, что убили сотрудника ФСБ, их не ищут за другие преступления. Тем не менее, они бегут (хотя их никто не гонит из большого города, где легче спрятаться), бегут все вместе, бегут на ворованной машине без документов. И когда они случайно узнают, что их ищут, ехать на этой машине – это ехать в никуда. К тому же изначально им было сказано сжечь этот «бумер», зачем они его взяли себе? Они нарушили правила. Дальше в сюжете начались анекдотические ситуации – по дороге они крышу делают машинам с водкой, встречаются с какойто местной бригадой и так далее. Находясь в бегах за убийство, им будто не хватает лишних контактов с уголовной средой. Чтобы кто-нибудь из встреченных по дороге бандитов не маякнул своим друзьям мусорам о залетных. На местах часто все схвачено, «смычка» бандитов с милицией.


– А в милиции скажут «большое спасибо» и «примут» главных героев…


– Зачем примут? Убьют. За это получат звания. Если менты не могут получить деньги, они получают звездочки.


РАССКАЗЫ НА ПЕРЕСЫЛКЕ


– В общем, тебя попросили написать реалистический сюжет.


– Меня попросили написать так, как это есть на самом деле. Я и написал – за небольшие деньги.


– Реализма действительно много. Но тебя не смущает, что персонажи «Чужой» с точки зрения «обычного» читателя трудноразличимы?


– В армии все солдаты тоже одинаковые – стриженные и в форме, но в бою один бросится под танк с гранатой, а другой сбежит. На самом деле герои «Чужой» очень разные, у каждого своя логика поступков. Она не всем понятна. В сюжете, в характерах много моментов, которые увидит только профессионал. Бандит или мент, занимавшийся борьбой с оргпреступностью, – тот поймет. Это же писалось как история «для ценителей», «для тусовки». В пересыльной тюрьме, где новые люди сходятся вместе, истории рассказываются часами. «Чужая» – это рассказы на пересылке.


Я знакомил режиссера фильма с ребятами – «представь, что это они, но на десять лет помоложе»... Вот перед нами человек без образования (двоечником был), который отсидел десять лет, а на суде сказал: «Искренне сожалею, что у меня пистолет заклинило, а то бы вы меня не судили»… Режиссер задавал мне какие-то вопросы, и я предложил своему знакомому – давай, может, ты попробуешь? И он отвечает на вопросы режиссера абсолютно так же, как ответил бы я. Мы с ним не сговаривались, он только прочел книгу. Что для него само по себе достижение…


В романе показано все «как бывает», но с допущением. Дело в том, что никакой Чужой нет и быть не может5... Это архитипический образ, «женщина-победительница». Так как раз не бывает. В реальности баб не допускают ни к каким делам. И эта неправдоподобная ситуация делает текст не «куском жизни», а литературным произведением, искусством.


– Чтобы понять реальные вещи, нужно добавить к ним вымысел?


– Именно.


КИНО О…


– Что было с «Чужой» дальше?


– В Америке ничего не сняли. В 2005 году текст появился в Интернете. Гоша Мхеидзе6 показал его Михаилу Котомину из издательства Ad Marginem. В Ad Marginem не знали меня лично или через Интернет, они видели только текст. Так что звонили в Киев, проверяли, существую ли я на самом деле. Затем, через Котомина, появился продюсер Алексей Агеев, который сейчас непосредственно занимается картиной. Сопродюсером выступает Константин Эрнст.


– Ты общался с ним?


– Общался. Про Эрнста могу сказать одно: человек на своем месте.


– Хочется понять логику продюсеров – зачем влезать в эту нишу бандитского кино, раз она уже заполнена фильмами?


– По мнению фраеров она, конечно, заполнена, и тем людям, которые делают кино для того, чтобы «освоить бюджет», по этой теме сказать нечего. С их точки зрения, все закрыто фильмами, о которых мы говорили. А для людей, которые разбираются в кино, тема бандитов только начинается. Только начинается ее переосмысление. Закончились девяностые годы, все уже пожили в двухтысячных, при мусорах… Вот теперь тему бандитов и будут раскрывать. Фильмы про итальянскую мафию в Штатах тоже снимались тогда, когда Аль Капоне доживал последние деньки.


– Чем будут интересны «рассказы на пересылке» обычным зрителям?


— Интересна хорошо рассказанная история. Эти рассказы – настоящие. В них действуют яркие персонажи, и у них очень интересная жизнь. Настолько интересная, что если обычный человек попробует жить ею, то довольно скоро умрет.

Чем отличается бандит от «обычного» человека? Бандиты – это люди, которые вышли из общественного договора. Люди, которые несут за свои действия полную ответственность своей жизнью. И эта ответственность наступает не когда-то потом, а очень скоро. По своим личностным характеристикам бандиты гораздо ближе к персонажам мифов, чем к людям, встречаемым в обычной жизни. Речь идет о вечных сюжетах и образах.


– Твой новый сценарий, написанный для кинокомпании СТВ, кажется гораздо более понятным для «неподготовленного» зрителя. Что ты можешь рассказать о нем?


– «Огненное погребение» – история зрелого человека, вышедшего из криминального бизнеса. Он является врагом и для уголовного мира, поскольку поднял руку на авторитетов, и для общества. Он вынужден скрываться, бедствовать в обычной постсоветской жизни… Эта обыденная нищета, забитость доводят его до того, что он готов ухватиться за самый эфемерный шанс, чтобы вернуться в настоящую жизнь. Что закономерно приводит его к смерти. Это очень простая история.

Продолжение читайте в печатном номере Action! #73

</td><td width="1%"></td></tr><tr><td width="100%" colspan="5"></td></tr> http://action-magazine.ru/issues/01112007/exclusive/
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments