Юрий Гуралюк (guralyuk) wrote,
Юрий Гуралюк
guralyuk

На preemniki.ru "Альтернатива Путина"

Как ни описывай исторические альтернативы, даже если о самом недавнем прошлом - все равно выходит альтернативная история. С другой стороны, а не в этом ли и состоит поставленная тема?


Альтернатива Путину
19.11.2007
Была ли альтернатива тому варианту спасения России, который реализовал Путин? Можно ли было спасти Россию, не превращая ее в стабильную сырьевую окраину Европы?

Вспомним конец 90-х: слабый Ельцин, власть, перетекшая из Москвы в регионы, война на Северном Кавказе, уже смыкающаяся с агрессией исламских радикалов на север, начинающаяся в Ферганской долине очень большая война в Центральной Азии, нестабильность в Восточной Европе, не завершивший программы первого витка интеграции ЕС, не реформированный НАТО, низкие цены на углеводороды, американские корпорации, стремящиеся к прямому контролю над российским месторождениями, обсуждение во всем мире проблемы контроля над российским ядерным арсеналом и экологически опасными промышленными объектами. Власть «семьи», с трудом сохраненная во время последних ельцинских выборов.

Сильная КПРФ с сильным Зюгановым, сильный Лукашенко, напрямую контактирующий с едва ли ни всеми российскими губернаторами, несколько сильных фигур среди российских политиков националистического толка, склонный к союзу с Россией Кучма, опирающийся на сильный украинский Восток, опасающиеся краха под нажимом с юга центрально-азиатские лидеры в поисках поддержки с севера. Россия пережившая дефолт. Недовольные силовики еще советского призыва, начавшие организовываться в политическую силу по всем крупным странам СНГ.

Впереди, без связи с российской ситуацией: рост мировых цен на углеводороды примерно с 2000-2001 гг., который даст стабилизацию любой власти в РФ. Впереди – неизбежное победоносное столкновение Запада с исламскими радикалами и неизбежная интеграция в состав ЕС и НАТО части восточно-европейских стран.

Разве невозможна была иная комбинация для России, чем та, которую реализовал Путин? Власть, структура, которой была бы выстроена по модели очень успешной уже тогда Беларуси?

Например, подписывается Конституционный акт Союзного государства России и Беларуси, который создает сильные союзные органы власти. Проводятся выборы в союзный парламент и выборы союзного президента. При слабом отходящем от дел Ельцине и успешном динамичном известном Лукашенко, при еще неизвестном Путине. Разве могут быть сомнения, что победил бы на голосах протестного электората, КПРФ и поддержке силовиков с регионами Лукашенко?

Можно подыскать другой сценарий: Выборы в РФ и переход власти в руки самой сильной на тот момент в России партии – КПРФ во главе с Зюгановым. Сразу, еще в ходе выборов – Конституционный акт Союзного государства и власть у тандема Зюганов-Лукашенко?

Или любой другой сценарий, при котором новая власть в России обратилась бы к народу напрямую и выстроила бы свою силу на прямой электоральной поддержке российских граждан уже в 1999-2000 гг.

При любом некулуарном сценарии перехода власти от ослабевшего Ельцина к лидеру, опирающемуся на прямую поддержку населения РФ, схема сводилась к одному и тому же: сильный левый по идеологии, неосоветский по лозунгам авторитарный лидер, нацеленный на наведение порядка в стране. Этот лидер обязательно сразу заключал бы тесный союз с Беларусью, Украиной и центрально-азиатскими странами, которые к тому стремились. Опирающаяся на народ центральная власть сразу превращала Россию в центр нового федеративного по сути образования в Евразии. Такая власть неизбежно начала бы пересмотр итогов приватизации. Даже Путин провел значительный пересмотр итогов приватизации 90-х годов. Ходорковский был лишь началом. Народный же российский лидер, да еще опирающийся на внешнюю поддержку более монолитных, чем Россия союзных стран и их, например, кадров и спецслужб, прежде всего Беларуси, обязательно вел бы себя относительно олигархов гораздо более жестко, чем Путин.

Во второй половине 90-х годов этот путь был оттестирован в Беларуси. Основные его вехи прошла бы и Россия: сначала срочное решение наиболее опасных проблем: силовые решения по криминалу, радикальным партиям и т.д. Далее – конфликт с парламентом, который разрешился бы в пользу центральной власти. На этой фазе – обострение отношений с Западом. Потом – создание сильной президентской вертикали и установление контроля над регионами. В ходе установления контроля над регионами – ликвидация основной части олигархата, контроль государства над основными сырьевыми ресурсами и крупнейшими предприятиями. Начало быстрого экономического роста за счет обычного наведения порядка в стране, на базе еще советских основных фондов. В Беларуси этот путь дал громадный даже по современным меркам рост промышленного производства и ВВП уже в 97 г. В 97 г. Беларусь имела около 18% промышленного роста и 11% - рост ВВП. А РФ в 1997 г. Находилась на грани голода. При одинаковых ценах на энергоносители и почти полном отсутствии западных кредитов Беларуси.

Если бы РФ пошла этим путем в 1999-2000 гг., то уже в 2001-2003 гг. Россия была бы подхвачена независящим от нее ростом мировых цен на углеводороды. И этот рост стал бы дополнительным фактором роста к росту от обычного наведения порядка.

Безусловно, Россия при «белорусском» варранте системы власти, сразу столкнулась бы с некоторыми очень тяжелыми проблемами. Прежде всего, такая Россия развернула бы народную войну на Северном Кавказе. Это была более тяжелая война, чем та, которую провел Путин. Передачи власти Кадырову бы не было. Война была бы идеологической, непримиримой к любым формам бандитизма и политического радикализма. В этой Россия бы победила, но после куда более опасных террористических актов, чем те, которые прошли. Ибо на стороне «чеченцев» выступили бы и те очень быстро лишаемые имущества и положения социальные группы, которые обогатились в 90-х. Конечно, притока мигрантов с юга в Россию бы не было. Большинство ныне существующих в российских городах в ее славянской части общин кавказцев и азиатов просто исчезли бы.

Россия одновременно втянулась бы в тяжелую войну в Средней Азии и, скорее всего, в Афганистане. Даже Путин прежде чем атаковал Чечню после вторжения исламистов в Дагестан, решал «ферганский вопрос». Если бы вместо Путина власть в ходе выборов или через Конституционный акт Союзного государства ушла бы к «народному лидеру», Россия бы обязательно усилила свое военное присутствие в Таджикистане, оказала бы сильную помощь Ахмад-Шаху Массуду и Каримову. Судьба славян в Центральной Азии и Казахстане стала бы актуальной темой СМИ и внешней политики РФ. И в итоге либо РФ втянулась бы в войну против талибов и их союзников в Средней Азии постепенно, либо те атаковали бы сами, скоординировавшись с северо-кавказскими союзниками, но большая война была бы обязательно.

В этой войне безусловно союзниками РФ стали бы не только центрально-азиатские страны, но США и весь НАТО. Отличие от Путинской войны в Центральной Азии в Афганистане заключалось бы только в масштабе вовлечения РФ в конфликт. Россия с народным лидером вовлеклась бы в эту войну большим количеством вооруженных сил. Одной помощью по линии спецслужб войскам США и НАТО в Афганистане бы не ограничилось. Почти неизбежно война бы потребовала прямого участия вооруженных сил США и НАТО в помощь российским. Базы НАТО в Центральной Азии были бы вопросом болезненным для РФ, но решаемым. За активную войну против исламистов РФ можно бы получить от Запада частичное «прощения греха» разгрома олигархата. Получил же его Путин при куда меньшем участии в этих войнах.

В 2001-2002гг. РФ при всех войнах и внутренних репрессиях имела бы большой толчок экономике от роста цен на углеводороды. То есть народный лидер не рухнул бы, его власть была бы устойчивой, но очень драматичной и кровавой.

Однако использование полученных бонусов от роста мировых цен на сырье в РФ было бы иным, чем при Путине. Прежде всего, РФ бросила бы средства на развитие ВПК. Две крупные войны – в Кавказе и в Центральной Азии оправдали бы это. А, значит, инвестиции очень рано пришли бы в Восточную Украину, Поволжье, наукограды и в перерабатывающую промышленность РФ вообще.

Россия обязательно сохранила бы и нарастила сотрудничество с основными союзниками – Беларусью, Украиной, Казахстаном. Союзники получали бы сырье по внутренним российским ценам и расплачивались за то участием в войнах и работой своего народного хозяйства в рамках сохранившихся советских кооперационных связей на общий рост всего нового союза. Даже при более высоких, чем в РФ ценах на сырье, Украина и Беларусь имеют как правило более высокие темпы роста, чем Россия. То есть поддержка России с их стороны была бы очень существенной.

Новый союз не тратил бы драгоценные ресурсы на строительство «обходных путей» вокруг Украины и Беларуси, новых портов, объектов инфраструктуры и на внутреннюю конкуренцию производителей. Сэкономленные средства пошли бы на самостоятельное освоение новых месторождений и трубопроводов, быстрее бы перераспределялись в переработку. Такой Союз был бы очень привлекателен для части восточно-европейских стран. Именно в 2000-2005 гг. в этих странах была колоссальная внутренняя безработица и исход населения на запад.

Угроза внутренних потрясений в Восточной Европе была бы настолько угрожающей, что условия расширения НАТО и ЕС на восток обязательно учли бы интересы РФ и всех ее союзников всерьез. Радикальным кругам на Западе было бы не до «цветных революций». Скорее всего и реформа НАТО пошла бы по иной схеме. Скорее всего, на основе более тесного партнерства с взявшей на себя гораздо больше функций в области безопасности в Евразии Россией, чем произошло на деле.

Причем, что интересно: капитализация Газпрома - чуть ли ни главное экономическое достижение РФ эпохи Путина -при этом всем была бы скорее всего выше, чем сейчас. За Газпромом бы стояла не слабая неизбежно привязанная к ЕС Россия, как ныне, а – союз стран, с сильной перерабатывающей промышленностью и ВПК, который вел бы в партнерстве с США и НАТО войны на Востоке.

Рост мировых цен на нефть был неизбежен. Никакого коллапса экономики РФ при «народной власти» бы не произошло.

Были ли у этого варианта альтернативы Путину минусы?

Безусловно, были бы. России пришлось бы пройти через более кровавые времена, выдержать две серьезные локальные войны и сильное внутреннее потрясение. В результате, этого варианта усилились бы Украина и Беларусь относительно РФ. А внутри нового Союза политическое значение Украины-Беларуси и близких им восточно-европейских стран создали бы второй после Москвы, временами более влиятельный чем Кремль, центр власти. Чтобы нейтрализовать возникающее двоевластие новому Союзу пришлось бы быстро создавать новую интеграционную идеологию. Возможно, это была версия панславизма. Но, может, такой идеологией стала бы идея Большой России, русскости. Может быть, некий неосоветский вариант идеологии, наподобие того, который господствует в Беларуси, но с большей русской этнической компонентой. Такая интеграционная идеология могла бы обеспечить вовлечение в большое русское культурное поле восточной Украины и в каком-то смысле Беларуси. За счет этого падение значения РФ было бы компенсировано русскому народу его как бы пространственным расширением в Европе, на запад. Москва бы потеряла большую часть своего культурно-политического значения для русских, но сами русские как народ не были бы объектом ассимиляций, как это происходит ныне. В русской культуре сохранялось бы больше европейского, чем происходит сейчас.

Такая сложная трансформация привела бы к кризису роста новый Союз. Но потом, не сразу, не быстро и без угрозы коллапса.

Конечно, и при таком развитии Восток Европы с Россией во главе все равно тяготел бы к сырьевому варианту структуры своей экономики. Просто сырьевой характер был бы выражен не так убеждающее ярко и безальтернативно, как это установилось в РФ ныне. Но никакой серьезной собственной великороссийской, в ее «московитском» варианте культуры и идеологии, как это развивается сейчас в РФ, не было бы. Интеграционная идеология нового Союза не дала бы появиться русскому национализму изоляционистского толка всерьез.

России пришлось бы пройти через очень драматичные моменты войн. На уровне захвата АЭС или диверсии на АЭС. Ибо войны были бы масштабнее и ожесточеннее, чем при Путине. Может быть, была бы вспышка гражданской войны в каком-нибудь отдаленном регионе.

В этом смысле Путин как бы спас Россию от потрясений, неизбежных при альтернативном варианте стабилизации. Ценою, правда, потери Россией серьезной исторической перспективы...

Юрий Шевцов

http://www.preemniki.ru/publications/67
Tags: Выступления в СМИ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments